Хотя буквально японское слово "Kokoro" переводится как "сердце", в действительности его обозначение гораздо шире. Если одновременно и покороче, но и полнее, то "чувствующее и мыслящее сердце". А в данном романе сердец целых три, и хотя события, в центре которых находятся их обладатели, отличаются и эпохами, и нравами, исход переживаний каждого одинаково безрадостен. Первое принадлежит молодому человеку, заведшему дружбу (как он сам считает) с мужчиной среднего возраста, ведущим практически затворнический образ жизни и только иногда посещающим могилу лучшего друга. Искренне желая помочь ему, но не подозревая, что все его усилия все равно пойдут прахом, юноша постепенно изучает жизнь своего нового знакомца, в итоге обнаруживая между ними сходство и оттого загораясь любопытством еще больше. По прочтению романа я пришла к выводу, что именно тот, от лица которого ведется повествование, мог бы стать тем крючком, который зацепил бы главного героя и вытащил его из пучины отчаяния, но тем печальнее было осознавать, что старший не только понимал это, но и стремился всеми силами такого своего спасения не допустить. Полного доверия между людьми достичь невозможно - именно такую мысль высказывает писатель, и, как ни жаль это признавать, он оказывается совершенно прав. Или мы изначально невзлюбили человека, или мы уже пережили обман и не хотим никого к себе подпускать - даже если очень хочется. Или, что бывает еще реже - если ты скрываешь тайну, пекущую тебе сердце несколько лет кряду, и не можешь позволить себе сболтнуть ни единого слова о ней другому человеку. Особенно если в ее последствиях виновен именно ты. Предательство лучшего друга - вполне подходящая тема для излома между эпохами. Особенно предательство наполовину невольное, как я его назвала. Объяснить такое на самом деле несложно: оба юноши и другие два сердца, Сенсей и его лучший друг, не имея опыта общения с женщинами, отдают свою любовь первой же девушке, с которой общаются дольше недели, будучи наивными, как дети. Именно поэтому со стороны их ухаживания иногда выглядят так, словно два ребенка ходят кругами вокруг одной красивой вещи (скажем, лопатки в песочнице) и сверкают глазами: по-сорочьи, потому что каждом хочется эту вещь себе, а по-волчьи - друг на друга, но чтобы было незаметно. В конце концов такое соперничество приводит не только к разрушению дружбы, но и к сломанным судьбам. Самое обидное, что в итоге та самая девушка, за которую оба готовы были бороться, страдает ничуть не меньше - просто потому, что полностью погребенный под чувством вины "победивший" муж теперь тянет ее за собой. Единственное, что я в этой книге поставила в минус чисто для себя - неоднозначность финала, потому как, будучи непривычной к стилям японских писателей, я так и не смогла разобраться, какой именно момент считать кульминацией произведения. Однако почему ее называют одним из шедевров классики японской литературы, мне понятно: описание конфликта или, скорее, одной загадочной личности, которая его в себе развила, по-своему завораживает.