Обычно жанр пост-апокалиптической фантастики - это довольно трешовая вещь, чисто развлекательные сказочки-пугалки. Но, когда вдруг, за неожиданную тему берется Мастер, то ему под силам невозможное. Маккарти в своем романе "Дорога" сотворил феномен, забросив пост-апокалиптическую историю на вершину литературного формата и американской литературы вообще. Роман вызывает самые лучшие ассоциации, начиная традиционным, для великих американских авторов, воспеванием жажды жизни в человеке и заканчивая еле уловимыми чертами библейского эпоса, на фоне техногенного обнуления цивилизации. Текст выразительно кинематографичен. Маккарти, словно искусный кинооператор вылавливает из общего потока крупные планы, превращающиеся в символы и метафоры. Искусно дает общий план, тогда, когда это нужно. Он полностью погружает читателя в историю, давая и нюхом и кожей и слухом и зрением и даже на вкус почувствовать происходящее. То, чего не может (пока) дать ни одна экранизация. Молчаливая и скупая, но глубокая и потрясающая история-метафора о связи отца и сына, передача эстафеты, как бы ни было сложно. Другой такой книги - нет.

Кормаку Маккарти пророчили Нобелевскую премию, его книги отличаются особой выразительностью и обостренным вниманием к деталям, его описания погружают читателя в текст... Но, в случае со мной этому автору совершенно не удалось увлечь меня содержанием своих текстов. Эта книга - очередная ода выживанию и жажде жизни. Это так по американски! Что касается меня, то с моей точки зрения, существование в том мире, в котором выживают герои - никак нельзя назвать жизнью. С моей точки зрения, эта книга - бессмысленная романтизация катастрофы. Отец и сын бредут задыхаясь в чаду, пыли, грязи, страдают от холода и голода и идти им в общем то некуда. Отец помнит прежний мир, сын - нет. Этот новый мир - мир опустошения, пожаров и людоедов. Поэтому радость отца, который довел сыночка в конце сюжета до небольшого поселения людей, в котором, надо же, есть девочка его возраста... Выглядит до пошлости сентиментально. Финал открытый, оборванный на таком вот мажорном и фальшивом аккорде и читателю предстоит поверить, что все само собой как нибудь будет хорошо. Если же читатель не поверит, то не сможет понять, зачем автор хотел окунуть его\ее в эдакую депрессуху.